Театр — новый секс: Доказывают актеры с обложки Interview

Театр — новый секс: Доказывают актеры с обложки Interview

Театр — новый секс: Доказывают актеры с обложки Interview

Александр ПЕТРОВ, 27,
актер театра имени М. Н. Ермоловой

Часто звонишь Леониду Ефимовичу Хейфецу спросить совета?

Мне кажется, как-то неправильно после обучения часто обращаться за помощью к мастеру. Надо принимать решения самому, ну и ошибаться тоже, конечно, самому. А звонить лучше, когда есть достойный повод.

Например?

Например, я звонил Леониду Ефимовичу перед съемками сериала «Фарца», которые проходили в Минске — это его родной город. Он был рад звонку, попросил меня сходить к его памятным местам: в театр, отыскать дом, где он жил. На этом доме я мелом написал «Леонид Ефимович Хейфец» и сфотографировался рядом. И он мне многое рассказал про фарцовщиков, про 1960-е. Или вот еще, помню, позвонил ему, чтобы пригласить на премьеру «Вишневого сада» в театре Пушкина.

Ты ходишь на спектакли своих однокурсников? Их фильмы, сериалы смотришь?

Да, у нас принято друг друга поддерживать — и это здорово.

Как понять, есть ли у человека талант?

Мы все по-своему одаренные. Но порой люди говорят: «Какой талант!» — и даже не подозревают, что на самом деле за этим скрывается пробивание стен, пот и кровь. Не бывает талантливых людей просто по факту.

Расскажи о своей новой роли в сериале «Полицейский с Рублевки».

Мы с режиссером Ильей Куликовым пытались сделать нового героя нашего времени, очень нестандартного. Мой персонаж — человек справедливый, живой, с классным чувством юмора. Иногда — черного. Несмотря на его должность и систему, в которой он существует, мой герой получает огромное удовольствие от жизни, потому что постоянно ввязывается в авантюры.

Театр — новый секс: Доказывают актеры с обложки Interview

Олег РЕБРОВ, 29,
актер МТЮЗа и театра им. Вл. Маяковского

Когда ты решил стать актером?

В 11-м классе. Хотел найти профессию, идеально подходящую мне как личности. И путем логических размышлений пришел к такому выводу.

Сразу нашел общий язык со своим мастером Хейфецем?

Первые полтора года учебы я чувствовал, что не нравлюсь Леониду Ефимовичу. Он считал меня зажатым — так и было. Потом он как-то сказал мне, что я должен стать человеком-киселем. Чтобы я буквально растекся по стулу. Вот тогда я и понял, что такое сценическая свобода. И Хейфец постепенно оттаял в мою сторону.

А в чем секрет успешного перевоплощения?

Надо абсолютно точно понять логику персонажа.

Что может заставить тебя поменять профессию?

В любой профессии можно найти свою дорогу, а разочаровываются обычно в собственных поступках. Мне кажется, я пока иду в верном направлении.

Театр — новый секс: Доказывают актеры с обложки Interview

Вильма КУТАВИЧЮТЕ, 27,
актриса кино и режиссер театра имени М. Н. Ермоловой

Ты хоть раз прогуливала занятия в институте?

Нет, наоборот — мне всегда хотелось прийти.

Что отличает Леонида Хейфеца от других педагогов?

Многие преподаватели руководствуются какой-то системой: Станиславского, Мейерхольда… А у Леонида Ефимовича такая — школа жизни. Иногда он приводит в пример собственный опыт.

Какая разница в работе актера в кино и театре?

Киноактеру стоит только подумать о чем-то — и на крупном плане уже видно, что он испытывает. В театре, естественно, нужно больше усилий. Ну, и на сцене нет второго дубля.

Расскажи о новых работах.

Я сыграла с Петей Федоровым в фильме «Вакантна жизнь шеф-повара» о человеке, который оказался в чужом теле. Еще я сама выпустила спектакль «Безымянная звезда» в театре Ермоловой. Надеюсь и дальше пробовать свои силы в режиссуре.

Театр — новый секс: Доказывают актеры с обложки Interview

Александр МОЛОЧНИКОВ, 24,
актер и режиссер МХТ им. А. П. Чехова

Ты поставил спектакль «Бунтари» в МХТ. Сам себя бунтарем ощущаешь?

Сложно сказать. Во всяком случае, в спектакле есть персонажи такой смелости, какой у меня нет. И я могу им только позавидовать.

Как думаешь, техпрогресс, гаджеты, засилье соцсетей влияют на новое поколение ребят, поступающих в театральные вузы? Их теперь надо как-то иначе обучать?

Нет. Пока есть такие мастера, как Леонид Ефимович Хейфец, который остро чувствует современный ритм жизни. Но их по пальцам пересчитать.

А как именно учит Хейфец?

Леонид Ефимович не пытается равнять всех на себя и сам учится у своих студентов. Помню, во время учебы мы репетировали «Месяц в деревне» Тургенева. Моя однокурсница играла роль Натальи Петровны, и он сказал ей: «Вот я вчера был на концерте группы Gogol Bordello, и у них гораздо больше энергии, чем у тебя. Как бы вот в Наталье Петровне найти энергию этой группы?» Мы с ребятами были приятно потрясены.

Продолжи: «Через 20 лет я…»

Получу Нобелевскую премию по физике или химии и буду владеть компанией Apple. Причем контролировать все буду из космоса. Я не смогу прийти за Нобелевской премией по физике или химии, потому что буду в какой-нибудь новой космической миссии, к сожалению. Да, при этом я стану, скорее всего, конченым чмошником с человеческой точки зрения. Совершенно невозможным в общении, кинутым друзьями. Нет, правда, что за вопрос? Ну откуда я знаю? (Смеется.)

Театр — новый секс: Доказывают актеры с обложки Interview

Cофья РАЙЗМАН, 25,
актриса МХТ им. А. П. Чехова

Страшно было поступать в актерскую мастерскую?

Было желание преодолеть себя. А страха — нет, не было.

Случается, что опаздываешь на спектакли или репетиции?

Я пунктуальный человек. Даже не помню, чтобы в ответственный момент со мной такое случилось. Один раз, правда, чуть не опоздала, когда нужно было на сцену выйти. Ужасный стресс. Но думаю, такого больше не повторится.

Красота — помеха карьере?

Красота не мешает, а вот ярлыки очень даже. И людей, которые их навешивают, надо игнорировать.

Какой урок Леонида Хейфеца ты запомнила на всю жизнь?

Он говорит: «Нельзя страдать». Это про существование актера. А вообще этому вопросу можно посвятить целый вечер или даже больше. Со временем слова Леонида Ефимовича становятся таким фундаментом, который ты не замечаешь, но он помогает увереннее строить новое.

Театр — новый секс: Доказывают актеры с обложки Interview

Иван ИВАШКИН, 26,
актер МХТ им. А. П. Чехова и театра им. Моссовета

Приходилось ли тебе во время учебы спорить с Хейфецем?

Конечно. Это нужно было обязательно делать.

Почему?

Он так учит. До того момента, пока ты не разобрался в роли, нужно спорить с режиссером, задавать ему вопросы, не начинать играть. И важно разобраться не только на уровне головы, но и физически понять персонажа, его отношение к людям.

Какие традиции классического театра, на твой взгляд, важно сохранить?

Не существует театра классического и современного. Есть театр хороший и плохой. А сцена, зал, задник пыльный совсем необязательны. Но мы, к сожалению, привыкли к устоявшимся нормам. Если это скачки — мы идем смотреть, как лошади бегут, если театр — сидим на стульях и смотрим на сцену. Это все условности.

А что тогда в театре главное?

То, что зритель тоже должен работать. Когда он включает телевизор, то получает какой-то месседж — и ему не нужно думать, не нужно тратиться эмоционально. Он его получил, считал, запомнил и все. В театре не так. Работа зрителя — часть произведения искусства. Та самая часть, без которой творческий процесс не завершить.

Интервью
Добавить комментарий