Цирк приехал: за кулисами шоу iD

Жанно Пеншо, президент и креативный директор Cirque Eloize, и Кристиан «Санчо» Гарматтер, артистический директор шоу iD, рассказали Сергею Жилкину, чего ждать от современного цирка.

СЕРГЕЙ: Жанно, Eloize — это современный цирк. Иногда вас называют авангардом уличного искусства. При этом сюжеты шоу классические: iD, к примеру, — это же история о девушке и юноше из разных социальных слоев, вроде современных Ромео и Джульетты?

ЖАННО: Не сказал бы, что мы следуем определенному сюжету в литературном смысле этого слова. В конце концов, у актеров нет реплик, все выражается танцем, акробатикой и музыкой. Среди наших задач на первом месте — не рассказ, а эмоция. Волшебство!

СЕРГЕЙ: История создания Цирка Элуаз выглядит как будто бы очень просто: ты, проведя десяток лет с Cirque du Soleil, взял и основал собственный цирк. Теперь он известен не меньше, чем du Soleil. Все и правда было так просто?

ЖАННО: Так, вернемся в 1984-й год. Я случайно увидел представление Cirque du Soleil в Квебеке. И оно меня потрясло! Я понял, что именно в таком цирковом искусстве лежит совершенно новая жизнь. В Монреале я обнаружил Национальную цирковую школу, и очень скоро стал заниматься цирковым искусством, выступать на улицах. Примерно тогда же у меня появилась мечта — объездить мир. Стал частью труппы Cirque du Soleil и вместе с ними побывал в Японии в самом начале 90-х. Именно в Японии я понял, что готов! Организовал цирковую компанию и стал собирать собственное шоу.

СЕРГЕЙ: Кристиан, а у тебя как складывалось? Когда ты понял, что отныне можешь быть только уличным актером и пора поступать в школу циркового искусства?

КРИСТИАН: У меня все было иначе, я же рос в Берлине. А это особый город, со своей андеграундной атмосферой. Мы с друзьями (нам было тогда лет по 10) обожали фильмы Beat Street и Wild Style начала 1980-х про хип-хоп-культуру Нью-Йорка. Пытались повторить все трюки, которые видели. Я не могу сказать, что именно тогда понял, что — вот оно, мое призвание. Очень долгое время меня болтало из стороны в сторону: то я с головой бросался в танцы, то забывал про них на время. Знаешь, это было больше похоже на способ развлечь народ на вечеринке и блеснуть перед друзьями в школе, типа, смотри, как я умею. Но где-то в 15 лет я окончательно понял, что работа с 9 до 5 — это не для меня, я хочу чего-то более захватывающего. В Берлине — своя уникальная среда, и я довольно быстро влился в нее. Тогда не было баз данных актеров, все знали всех в лицо или слышали друг о друге. Выступление за выступлением, и в итоге в 2006-м меня пригласили в первый состав шоу Love Cirque du Soleil, основанного на музыке The Beatles.

СЕРГЕЙ: Жанно, в истории Цирка Элуаз десяток было с спектаклей. Сейчас вы выступаете с программой iD. Когда приходит понимание того, что нужно начинать что-то новое?

ЖАННО: Есть три фактора: вдохновение, наличие времени и готовность публики. Я не привязываюсь к расписанию. Что касается вдохновения, я черпаю его из книг, фильмов, музыки — во многом это определяет эклектичность шоу: постоянные переплетения хореографических и танцевальных номеров с чем-то удивительным вроде паркура. Со временем сложнее: создание и подготовка длятся долго. Здесь важно иметь возможность работать одной командой изо дня в день, придумывая, а затем оттачивая каждый номер. И, наконец, немаловажно, чтобы зритель был готов к результату. В конечном счете мы же должны продавать билеты на свое шоу и радовать зрителя.

СЕРГЕЙ: Так, можно подробнее о готовности публики к шоу, его востребованности? Нечасто услышишь рассуждения о рынке от человека искусства.

ЖАННО: Я же не только творчеством занимаюсь. От моих решений зависят люди, работники. Я руковожу всем предприятием. Если бы мы ограничились одной Францией, было бы проще: государственные субсидии, более ярко выраженная театральная среда. Но в нашем случае мы можем полагаться только на самих себя, и для продолжения своего дела, постановок нужны деньги. Я не могу выпустить шоу, которое интересно только мне; оно должно привлекать публику, а я свою очередь при его создании должен думать о том, как продать конечный результат.

СЕРГЕЙ: Сразу возникает вопрос про сделки с совестью…

ЖАННО: А мне не приходится идти на сделки с совестью — то, что видит зритель, абсолютно искренне. Я разве что откладываю свои непопулярные идеи в сторону, придумывая что-то другое, близкое публике. И опять-таки, у меня есть свобода в выражении своих идей, в хореографии и акробатике. Да, я должен «продавать» шоу широкой аудитории, но при этом у меня есть возможность строить его исключительно на своем видении.

СЕРГЕЙ: Когда ты начинал, были сомнения по поводу успеха? Или ты точно знал, что подхватишь волну успеха Cirque du Soleil?

ЖАННО: О, еще какие сомнения! Никакой уверенности не было, все было очень рискованно. Я вообще вечно пребываю в жутких сомнениях, и не только в бизнесе. Коллеги не дадут соврать: мы проводим очень много времени, выверяя все свои номера.

СЕРГЕЙ: Сколько нужно времени для того, чтобы придать первоначальной идее законченный вид, превратить ее в целое представление?

ЖАННО: Я бы сказал, приблизительно год. Половина времени уходит на создание сюжета, разбивку на номера — по сути, создание полной концепции того, что мы хотим получить. И еще полгода — на постоянные репетиции.

СЕРГЕЙ: Сколько приходиться репетировать, чтобы подготовить шоу?

КРИСТИАН: Много, порой это безостановочный цикл «ешь-спи-репетируй».

СЕРГЕЙ: Что, в общем, дольше, чем работа в офисе с 9 до 5.

КРИСТИАН: Верно (смеется), но этого не замечаешь. Время пролетает незаметно. И, кстати, репетиции не отменяют ежедневных тренировок для поддержания формы.

СЕРГЕЙ: iD на сцене уже пять лет, а это сотни выступлений. Шоу как-то эволюционировало за это время или осталось неизменным? Насколько одно выступление отличается от следующего? Есть ли место для импровизации?

ЖАННО: Ситуация двоякая. С одной стороны, мы следим за целостностью выступления — оно должно неизменно следовать задумке. Вся возможная незначительная импровизация лежит в рамках выполнения физического трюка, а также в номерах с участием публики. Но разница между первым и 200-м выступлением будет очевидна. Это же волшебство. Его нельзя заранее спланировать. Разные актеры делают это по-разному, более того, и волшебство каждый раз разное, но именно это оживляет наши постановки, делает их значительно ближе к аудитории.

КРИСТИАН: Когда в труппе появляются новые актеры, это отчасти меняет номера, в которых они задействованы. Это органичный процесс, и многое в нем полагается на опыт и чувство актеров. Поэтому, да, разумеется, выступления отличаются.

ЖАННО: Но в конечном итоге цель — не показать отточенное шоу, а передать чувство. То, что я называю волшебством, нельзя продумать, контролировать или отрепетировать. К тому же мы подстраиваем свои выступления под площадки театров, где выступаем. Изначальной задумкой Cirque Eloize было охватить как можно больше маленьких площадок, выступить перед самой широкой аудиторией, делать это в повседневном, уличном духе. Но нас стали приглашать и на крупные сцены, и мы подстраиваем под них свои выступления. Шоу iD уже пять лет, но в Москве, к примеру, зрители увидят совершенно новую версию в силу размера сцены (выступление пройдет в «Крокус Сити Холле», а в других городах – на спортивных аренах).

СЕРГЕЙ: Как вы находите новых актеров?

КРИСТИАН: Сейчас-то уже существуют специальные актерские базы данных. С их помощью выходим на связь с актерами. Перед тем как назначить встречу, можно просмотреть множество видео, удаленно оценить человека. Лично я не занимаюсь подбором в широком смысле этого слова, но встречаюсь с каждым, кого приглашают попробовать себя в Cirque iD.

СЕРГЕЙ: А как у вас обстоят дела с техникой безопасности?

КРИСТИАН: Никто не бросает актера в «пекло» — как я говорил, репетиции растянуты надолго. К этой сложности каждый актер подходит постепенно в силу своих ощущений. Много тяжелой работы в репетициях в итоге превращается в навык.

СЕРГЕЙ: Кто пишет музыку? Ставит трюки? Шьет костюмы? Жанно, ты за все это отвечаешь?

ЖАННО: Скажем так, все, что зритель видит, — одобрено мной. Я следую своему вдохновению, но для практической реализации идеи мы собираемся вместе со всеми руководителями и тщательно обдумываем каждый номер. Все, что происходит на сцене: от начала и до конца — наша собственная работа, даже музыка. Мы не используем ничего чужого.

КРИСТИАН: Да, Жанно прав. Мы — команда. Кстати, важный момент. Про коммерческую составляющую. Даже если со стороны кажется, что уличное актерство, цирк — это еще один вид бизнеса, то это далеко от реальности. Все актеры — часть тесного коммьюнити, где все друг друга знают, понимают, кто чего стоит, без всяких баз данных.

ЖАННО: На том и стоим.

Interview
Interview
Оцените автора
Интервью
Добавить комментарий