Владимир Познер

телеведущий, журналист

«Я всю жизнь читаю. Много. От древних греков и римлян до современных латиноамериканцев. Есть, думаю, десятки книг, которые имеют для меня совершенно особое значение. Например, “Сто лет одиночества”, “Братья Карамазовы”, “Мастер и Маргарита”; я уж не говорю о Шекспире, Пушкине, Гоголе, Чехове и многих других, которые, конечно же, влияли и влияют на меня. И все же не они имели первейшее отношение к формированию моего характера, моих представлений о добре и зле, моего мировоззрения. Те пять книг, о которых пишу — именно такие».

 Александр Дюма. «Три мушкетера»

Величайший роман о мужестве, о любви, о дружбе, о героизме, о преданности, о чести и чувстве собственного достоинства, о том, что в жизни ценно, а что достойно презрения. Я вырос на этой книге, я, затаив дыхание, следил за каждым шагом д’Артаньяна, Атоса, Портоса, Арамиса, но я и жил в то же время с ними, сам того не понимая, я познавал историю — тут тебе и туповатый ревнивец Людовик XIII, и умнейший кардинал Ришелье, и Анна Австрийская с герцогом Бэкингемским, и много всякого другого, но главное — это борьба добра со злом, с предательством. Это рассказ о том, что шпага справедливости всегда сильнее кинжала подлости. С этим убеждением я живу.

Антуан де Сент-Экзюпери. «Маленький принц»

Эта книга меня совершенно потрясла. Одна только фраза «Мы в ответе за тех, кого приручили» совершенно перевернула мои представления о мире, о том, кто мы и как мы должны жить. В этой маленькой книге больше любви и печали, больше пронзительных наблюдений и проникновенной тонкости, чем во всем Толстом. В мире, где столько внушает отвращение, омерзение и безнадежность, вдруг появляется этот тихий, но яркий свет, и ты понимаешь, что на самом деле обязательно восторжествует правда и добро. Скорее всего, уже после того, как ты уйдешь, но восторжествует… Поразительная книга, поразительный образ. Один из немногих литературных героев, с кем я хотел бы провести время.

 

Сол Беллоу. «Хендерсон, король дождя»

Я и сейчас слышу запах, идущий от жаркого тела льва. Я и сейчас стою в его клетке, замерев, а он ходит взад-вперед, задевая меня то гривой, то гладким боком, то кончиком хвоста, а я жду, примет он меня или не примет. Эта книга странным образом открыла для меня бессмысленность жажды богатства, работы, единственный смысл которой — заработать и еще заработать, чтобы потом… заработать еще. И еще огромный, рыжий, неуклюжий Хендерсон показал мне смысл независимости и героическую трагедию ответственности.

Герман Мелвилл. «Моби Дик, или Белый кит»


Когда я начал читать эту книгу, я думал, что это рассказ об охоте на белого кита. Когда закончил, то понимал, что белый кит вовсе не кит, это судьба, это то, что вечно с тобой, к чему против воли ты вечно стремишься, от которого тебе не уйти. Не ты преследуешь, а тебя преследует. История жизни и смерти капитана Ахава и трех гарпунеров — это не просто увлекательно, это поразительно полезная и познавательная штука. Это просто сокровищница подробнейшей информации о жизни китобоев Нантакета, это китовая энциклопедия, но написанная так, что ты и сам то и дело стоишь на носу шлюпки, держа в руке гарпун, ты и сам слышишь дыхание Левиафана, видишь, как из воды появляется эта гигантская, но чем-то и изящная громада, начинаешь понимать величие природы и кто ты сам в этой природе. Каждый раз, когда я вспоминаю первые слова этого романа — «Call me Ishmael» («Зовите меня Исмаил»), — у меня мороз по коже, надо мной наполненные ветром паруса, передо мной бескрайний океан, а где-то рядом белый кит, Моби Дик…

 

Редьярд Киплинг. «Сказки просто так»

Для меня люди делятся, в частности, на тех, кто любит животных, и на тех, кто не любит их. К последним я отношусь с подозрениями. Книга Киплинга привила мне глубокую любовь к животным. Не к собакам или кошкам, а к животным — к черепахам, к воронам, вообще к живому. Я их не боюсь (за исключением акул, но это исключение, имеющее веские причины, о которых я рассказывал не раз). Словом, эта книга научила меня любви к тем, кого принято называть нашими братьями младшими, и в моей жизни это всегда было важно.