10 лет клубу “Бергхайн”

10 лет клубу “Бергхайн”

Павел Вардишвили рассказывает о самом важном ночном клубе в мире.

Что очередь к святыням в храм Христа Спасителя, что очередь в берлинский «Бергхайн» — один и тот же рассказ о смирении и единении. И не важно, что тут — вера, а там — музыка и что эта толпа — русские жалобные голоса, а та говорит на интернациональном устало-радостном языке. И что одни пришли просить благополучия и здоровья, а другие — все это отдавать. Перед лицом Бога и фейсконтрольщика (тот почитаем не меньше Всевышнего) все равны.

«Бергхайн» — ночной техно-клуб в Берлине, находящийся на стыке районов Кройцберг и Фридрихсхайн, по последним слогам которых получивший свое название, в этом месяце отмечает свой десятый день рождения. В 2009 году журнал DJ Mag назвал его лучшим клубом в мире. За ночь здесь проходит около трех тысяч человек, и для многих — это единственная причина приезжать в Берлин.

В 2010 году, поняв коммерческую привлекательность клуба, правительство Германии предложило 1,25 миллиона евро дополнительного финансирования. Владельцы отказались. Неважно, как пройдут ваши выходные в Берлине, но если в воскресенье днем вы окажетесь в очереди в здание бывшей электростанции неподалеку от Восточного вокзала, значит все получилось как надо! «С “Бергхайном” достаточно сложная история, и ясных воспоминаний не осталось.

Тревожная очередь, удивленный охранник, который рассматривает узбекский паспорт, гардероб с удобными номерками (можно повесить на шею) и молодые люди в туалете — в активном поиске. Потом внезапно светло, ты почему-то пришел в себя и объясняешь дружелюбному таксисту, куда ехать. Дома пытаешься уснуть или занимаешься сексом, если у тебя все хорошо по жизни», — рассказывает основатель проекта Фуркат Палванзаде.

«В “Бергхайне» у меня 50% статистика попадания внутрь, то есть чистая лотерея. Приходил я туда в разных состояниях и в разное время (лучше всего воскресным днем, конечно, и сразу в Panorama Bar), но логику их door policy так и не понял. Зато придумал термин “бергхайнофобия” — это когда ты подходишь к кинотеатру или кафе, а на пороге машинально напрягаешься: вдруг не пустят? Собственно, именно это напряжение и является отталкивающим фактором, здесь на входе надо, как любят говорить берлинцы, be cool.

К чему вообще эти мучения? К тому, что это без вопросов и вариантов лучший клуб мира для всех неравнодушных к современной техно-хаус-сцене. Клуб, на звуковую систему которого ориентируются продюсеры при написании музыки. И храм разнузданного гедонизма, куда деваться. На новогодней вечеринке (которая шла до 4 января) я пытался кому-то что-то доказать и провел там восемь часов трезвым — развидеть это я уже никогда не смогу», — комментирует пиар-директор «Солянки» Сергей Блохин дверную политику клуба.

Как театр, который начинается с вешалки, «Бергхайн» начинается с той самой очереди, растянутой на сотни метров. От ее конца до входа в клуб пройдет час, а может, и больше. По длине очереди стоят машины такси, палатки с кебабом и блинами, ушлые подростки продают шкалики с «Егермейстером», популярные в холодное время года. Стоящие на вход с завистью смотрят на уставших посетителей, покидающих клуб. Те — тоже. Одни уже все видели, другим предстоит.

Вообще здесь можно выяснять и завязывать отношения, встретить любовь всей свой жизни или знакомых, которых давно и в родном городе не видел, выпивать большой компанией, в конце концов. Главное, в тот момент, когда охрана уже будет видна, рассредоточиться. В «Бергхайн» редко пускают большие компании, лучше заходить по одному или вдвоем; не то что туристы, но даже местные тусовщики не всегда могут сказать, попадут ли они внутрь в очередной раз или пойдут в конец очереди отстаивать все заново.

Не важно, день, ночь или утро: в «Бергхайне» время как таковое отсутствует, как, кстати, и зеркала в туалете. Внутри не всегда становится понятно, сколько часов ты протанцевал на танцполе, сколько смотрел на фотографии Вольфганга Тильманса, развешанные по периметру «Панорама-бара» (верхний этаж клуба), сколько просидел в рекреационных зонах, сколько провел в темных комнатах.

Каждый поход сюда больше напоминает черную мессу, чем привычные развлечения, но его точно нельзя будет забыть, в отличие от проведенной в очередном баре ночи. «Однажды летом я и мой однокурсник Крис, еще совсем молодые и невинные, отправились в “Бергхайн”, выпив немного на модном показе и будучи совершенно неодетыми (как нам тогда казалось) по местной моде. На нем были шорты, рваные Vans и соломенная шляпа, а я красовалась в белой футболке, синей юбке и красных каблуках.

Мы были пьяны, веселы и без труда попали внутрь. Не веря своему счастью, решили отметить это дело парой бокалов шампанского со льдом и… косяком, который подействовал лучше любого снотворного. Там, на диванах в «Панорама-баре» мы и свернулись в один большой клубок, чтобы совершить power nap, конечно, ненарочно.

Меня разбудил какой-то парень со словами: “Как ты можешь спать? У тебя такие классные сиськи!” До сих пор веселит меня то, что я спала: а) напротив колонки, б) с огромным арийцем, в) в футболке почти под горло», — вспоминает специалист по связям с общественностью Саша Галахова, переехавшая в Берлин пять лет назад, да так и связавшая свой быт с этим местом. Я сам несколько раз находился в третьем состоянии между сном и явью на тех самых диванах, и, кажется, это были самые приятные минуты, а может, и часы в моей жизни.

В случае с «Бергхайном» нельзя обойтись обычным неймдроппингом. Да, здесь выступили все самые известные электронные музыканты, но что сотрудники клуба, что его владельцы, что посетители сами давно стали иконами. Вот главный фейсконтрольщик «Бергхайна» Свен Марквардт издает то ли книгу воспоминаний, то ли пошаговое руководство для тех, кто мечтает ему понравиться и попасть внутрь. Попутно Hugo Boss выпускает серию маек с принтами сделанных Свеном фотографий. Владельцы клуба Михаэль Тойфеле и Норберт Торманн под шумок создают собственный музыкальный лейбл Ostgut Ton, впоследствии влияющий на положение музыке ничуть не меньше прославленного Kompakt Records.

Сара Шенфельд, ветеран «Бергхайна», пять лет оттрубившая за барной стойкой, сегодня выставляет в клубе свою инсталляцию в качестве художника. Ее работу — одну из самых спорных, новаторских и интересных — показали на выставке в честь юбилея клуба. В течение десяти недель завсегдатаев приглашали принять участие в создании инсталляции в туалетах «Бергхайна». Две тысячи литров мочи и пота посетителей, обработанные фенонипом, теперь стоят в огромном контейнере в одном из углов клуба на первом этаже, символизируя мифический и магический статус клуба.

Когда в понедельник утром вечеринка заканчивается, скучать по ней уже не остается сил. Кто-то едет сразу же в аэропорт, другие отправляются по своим домам или хостелам, чтобы как следует прийти в себя и подготовиться к обычной жизни. О таинстве, что происходило в помещении бывшей электростанции, в храме техно-музыке на границе Кройцберга и Фридрихсхайна, приятно вспоминать уже потом, через несколько дней, с ностальгией и чуть ли не со слезами, мечтать вернуться, отстоять эту проклятую очередь и, если повезет, исчезнуть в толпе.

Религия техно-музыки засасывает ничуть не хуже привычного христианства. «Почему “Бергхайн”? Потому что для меня это максимальное (от слова ultimate) музыкальное и эстетическое удовольствие, путешествие посредством музыки к своей внутренней свободе. Когда люди, музыкальный контент и атмосфера места сливаются в единое целое, то все стереотипы и границы полностью ломаются», — рассказывает российский представитель сервиса Beatguide Татьяна Варавва, и добавить к этому уже больше нечего.

ТЕКСТ ПАВЕЛ ВАРДИШВИЛИ

Интервью
Добавить комментарий