Открытие выставки Питера Гринуэя и Саскии Боддеке “Золотой век русского авангарда” в Манеже

1

Павел Вардишвили об оживших призраках русского авангарда.

Как театр начинается с вешалки, так и вернисаж в ЦВЗ «Манеж» со шлагбаума. Если прийти вовремя, встать лицом к Охотному Ряду и повернуть голову влево, то можно заметить стремительно подъезжающий к зданию то ли BMW, то ли «Мерседес», из которого, по-царски скидывая плащ на заднее сиденье машины, выходит Сергей Александрович Капков. Руководитель департамента культуры города Москвы оглядывает площадь и, не найдя знакомых, пулей влетает в здание.

Чуть поодаль разминают ноги и дышат свежим воздухом Алена Долецкая и Шалва Бреус — весь рабочий день в помещении провели. Художник Петлюра в красивой рубашке, добротном кардигане и винтажном кителе швейцарской армии рассказывает про то, как сходил на выставку работ политзаключенной Евгении Васильевой. Говорит живо и увлекательно, но, кроме предлогов, понять ничего невозможно, все остальное — мат. Мимо них модной вереницей проходят любители прекрасного: чета Юдашкиных, дизайнер Вика Газинская, директор МАММ Ольга Свиблова, ее коллега из ММСИ Василий Церетели, владелица галереи «Победа» Нина Гомиашвили, диджей Наталья Туровникова, коллекционер Марк Гарбер, супруги Чарльз и Ольга Томпсон.

Повод не самый последний — открытие выставки режиссера Питера Гринуэя и его супруги, тоже режиссера, Саскии Боддеке. В честь года культуры России в Британии британец и голландка оживили произведения русских авангардистов вроде Кандинского, Малевича или Родченко, а заодно и их самих. На фоне полотен театральные актеры читали монологи, спорили, откровенничали и признавались в любви в духе теле- и радиоспектаклей, популярных в позднем СССР. Все вместе так хорошо уложилось в новый курс развития культуры в стране, назначенный министром Мединским, что было даже как-то странно без него самого.

Как водится во время больших вернисажей, отзывы получились самые противоречивые. Вот две гранд-дамы от современного искусства и журналистики спорят: ошеломительное это безвкусие или ошеломляющее, а Василий Церетели, в свою очередь, как обычно делает инстаграмы с подписью о том, что exhibition amazing и must-see. Самые продвинутые обсуждают отставки и назначения: новый арт-директор «Манежа» Андрей Воробьев, у которого это первая программная выставка из всех заявленных на год, вроде как уходит в Министерство культуры вместо Екатерины Проничевой, которая отправится поддерживать в благих начинаниях молодого директора ВВЦ, простите, ВДНХ. Предположения о том, кто займет место Воробьева, настолько неправдоподобны, что их даже не стоит озвучивать.

Все вместе сходятся в том, что при спорности смыслового выхода экспозиции продакшен у нее на пять с плюсом и выделенный бюджет освоен отлично. 18 огромных экранов, на которых оживали полотна, художники, актеры, поэты и прочая богема, и звук на них расставлены идеально для самой сложной площадки в этом городе. А лавочки между ними служат маленькими местами силы, бросишь взгляд — и сразу становится ясно, кто с кем и о чем договаривается.

Под конец выживают только любовники, в смысле хипстеры. Когда уезжают все «Мерседесы», «Ягуары» и «Ауди» представительского класса, самые закаленные достаивают очередь к бару с бесплатной водкой. Отчего-то кажется, что настоящие Казимиры Малевичи и Василии Кандинские вместо высокопарных речей и многозначительных взглядов повели бы себя совершенно точно так же.

ТЕКСТ ПАВЕЛ ВАРДИШВИЛИ

Interview
Interview
Оцените автора
Интервью
Добавить комментарий