Донна Тартт. «Щегол»

АСТ: Corpus, 2015
Перевод с английского Анастасии Завозовой

«Щегла» нельзя обойти вниманием ― это самый нашумевший англоязычный роман последнего времени. В 2013 году он стал лучшей книгой по версии интернет-магазина Amazon, а в 2014-м получил Пулитцеровскую премию. Одновременное признание широкой публики и литературных критиков неудивительно: Тартт умеет закрутить захватывающий сюжет (в «Щегле» есть и теракт в музее, и украденное произведение искусства, и гангстерские разборки), но сохранить при этом всю солидность, приятную весомость классического романа. Если ее с кем и сравнивают, то с писателями ХIХ века, прежде всего, с Диккенсом (с ним у «Щегла», рассказывающего историю нелегкого взросления подростка-сироты, особенно много пересечений), Стивенсоном или Достоевским. Несоответствие основательности повествования нашей мельтешащей неуверенной современности все равно чувствуется ― в условности некоторых сюжетных ходов, в неоправданных длиннотах. Но это лишь малые издержки нечастого сегодня удовольствия подержать в руках объемный (в нем 800 страниц), увлекательный, хорошо написанный роман.

Горан Войнович. «Чефуры вон!»

«Издательство Ивана Лимбаха», 2014
Перевод со словенского Александры Красовец

«Чефуры» ― оскорбительное прозвище, данное словенцами мигрантам из южных республик распавшейся Югославии. «Чефуры вон!» ― граффити, часто встречающееся на улицах Любляны. Молодой режиссер и писатель Горан Войнович рассказывает, каково это ― быть боснийцем или хорватом в Словении, ходить между этих надписей, взрослеть среди тех, кто «сразу на тебя как на жулика смотрит, а ты еще и спереть ничего не успел». Книга похожа на небольшую энциклопедию «чефурской жизни». Если переводить на российскую реальность, то жизни даже не мигранта, а гопника (которыми дети приезжих в Словении зачастую и становятся в силу многочисленных социальных причин). Главки объясняют все кажущиеся нелогичными состоятельному горожанину поступки: «Почему чефуры в машине на всю катушку врубают музыку», «Почему по окончании финала мы устроили мочилово», «Почему мы зажгли свалку мебели». И этому же горожанину Войнович напоминает о суровых реалиях жизни диаспоры, например о полицейской облаве и избиении в участке (см. главу «Почему словенская полиция в жопе»). Не так легко залезть другим людям в голову, хотя бы примерно представить, чем они живут. Войнович предоставляет эту уникальную возможность ― стать «приезжим», пусть всего лишь на время чтения повести.

Патрик Модиано. «Дора Брюдер»

«Текст», 2014
Перевод с французского Нины Хотинской

Француз Патрик Модиано получил Нобелевскую премию этого года «за искусство памяти, с которым он раскрывает самое неуловимое в человеческой судьбе и показывает жизнь в оккупации». Вишистская Франция для Модиано — действительно идея-фикс: он обращается к этому периоду истории в каждой книге, снова и снова пытается описать (и таким образом понять) произошедшее в его стране в те годы. «Дора Брюдер» — совсем небольшое произведение, что-то вроде документального расследования: автор пытается выяснить судьбу 15-летней девушки, сбежавшей из закрытого пансиона в декабре 1941 года. Она, еврейка по национальности, умудрилась провести несколько зимних месяцев на улицах оккупированного Парижа. Роман получается почти скучным: автор педантично копается в архивах и меланхолично бродит по улицам, по которым могла ходить юная Брюдер. Все сведения, которые он находит, неточны и обрывочны: сводки погоды за 1941 год — чуть ли не самое достоверное во всей истории. И именно поэтому эффект от его книги оказывается ошеломляющим: невозможность восстановить картину случившегося заставляет нас осознать, что жизни были не просто поломаны и отняты, но напрочь вычеркнуты из общей памяти.

Кэлвин Томкинс. «Марсель Дюшан. Послеполуденные беседы»

Grundrisse, 2014
Перевод с английского и примечания Сергея Дубина

Кэлвин Томкинс в течение нескольких десятилетий был бессменным автором искусствоведческой колонки журнала The New Yorker и по долгу службы беседовал со многими ключевыми фигурами арт-мира ХХ века. Некоторые из этих интервью вошли в книгу «Жизнеописания художников», выпущенную издательством V-A-C Press в прошлом году. Сейчас вдогонку появились разговоры Томкинса с Марселем Дюшаном — человеком, который создал знаменитый «Фонтан» и описал его термином «реди-мейд», чем в значительной мере предопределил дальнейшее развитие современного искусства. Самое интересное, что можно узнать из этих бесед (кроме многочисленных умилительных признаний Дюшана, как он не любит работать), — его мотивации в выборе средств выразительности. Внутренние предпосылки эволюции художника оказываются куда более неожиданными и случайными, чем те, что мы сами можем придумать, анализируя корпус его творчества. В книге можно найти множество фотографий, репродукции работ и хронологию жизни Дюшана.

Леонард Млодинов. «Радуга Фейнмана. Поиск красоты в физике и в жизни»

Livebook, 2015
Перевод с английского Шаши Мартыновой

Леонард Млодинов ― известный физик-популяризатор, соавтор Стивена Хокинга, сценарист «Стартрека», умелец интересно и доступно объяснять самые сложные научные теории. Этот навык он перенял у другого выдающегося физика — своего наставника, нобелевского лауреата Ричарда Фейнмана. Фейнман стоял у истоков создания теории струн, «ныне ведущей теории границ физики и космологии»; он придумал остроумный термин «наука самолетопоклонников» для обозначения псевдонаучных исследований и одним из первых решил использовать диаграммы в научных статьях. Про теоретические изыскания Фейнмана в книге, конечно, тоже говорится, но самое важное, чем Млодинов делится с нами, — это убежденность его учителя в том, что вдохновение, интуиция и веселье необходимы, даже когда дело касается точных наук.

Текст Ольга Виноградова