Сотрудник ДПС читает стихи водителям, которых останавливает в центре Москвы; деревенские старушки выступают экспертами по пельменям; на видео мелькает краткая история платья — ролики, которые делает это креативное агентство, не раздражают, как обычно бывает с рекламой, а напоминают полноценные короткометражки. Только не думайте, что в студии занимаются исключительно рекламой. Здесь сняли, к примеру, клип на песню Евгения Гринько Faulkner's Sleep, а также социальное видео в поддержку свободы слова и телеканала «Дождь». 

Всем привет! Первый вопрос и сразу про бизнес: по вашим ощущениям, как себя чувствует рекламный рынок в России?

АНАСТАСИЯ: Переживает интересное время, ведь кризис всегда стимулирует. Мы вот даже отделение в Лондоне открыли.

МИХАИЛ: Многие клиенты начинают экономить, но есть и те, что обращают внимание на молодые компании вроде нашей.

Есть желание делать ролики про острые проблемы? Как с «Дождем»?

АНАСТАСИЯ: Про социальные — да, про политические — нет. Социалка — это всегда полезно. Кстати, у нас в работе сейчас один большой проект, документальный фильм для фонда современного искусства V-A-C, который строит огромное культурное пространство на «Красном Октябре».

МИХАИЛ: Музей современного искусства. Но это будет не только музей, а целая образовательная история для молодого поколения.

АНАСТАСИЯ: Этот проект мы будем снимать на протяжении трех лет. Должна получиться одновременно история про строительство нового важного пространства в Москве, попытка разобраться в том, что такое современное искусство и искусство вообще.

Это ваш первый документальный фильм?

АНАСТАСИЯ: В рамках компании — первый.

МИХАИЛ: Хотя у Анастасии уже большой опыт. Самый звонкий был для Первого канала про открытие Олимпийских игр.

АНАСТАСИЯ: Называется «Между землей и небом».

А к театру вы как пришли?

ДЖЕЙМС: Я сделал много постановок в Лондоне.

МИХАИЛ: А я закончил театральный вуз, пару лет работал в театрах, потом учился в ГИТР (Гуманитарный институт телевидения и радиовещания им. М.А. Литовчина. — Прим. ред.), пробовал себя как оператор, работал на ТВ. Но в 90-е променял все это на бизнес. А теперь вот возвращение блудного сына случилось. У Анастасии тоже семья театральная: мама театральный закончила, папа драматург.

ДЖЕЙМС: И мы сейчас ищем автора, который классно пишет для современного театра.

МИХАИЛ: Нам нужен сценарий, чтобы сделать постановку в России.

Страницы

Фото: Игорь Клепнев